Cпецпроекти

New friend every day: кинокритик Андрей Алферов


0 245 41
Проект New friend every day — это эксперимент сооснователя bit.uа Татьяны Гринёвой. На протяжении целого года Таня решила каждый день писать о новом человеке. Иногда это закадычные друзья, а иногда новоиспеченные знакомые. В сегодняшнем выпуске — Андрей Алферов кинокритик, теле- и радиоведущий.

Андрей работал на “1+1” как глава киноредакции и в шоу Савика Шустера, 10 лет говорил о кино на Просто Ради.О в Одессе, а сейчас занимается фестивалем Docudays и планирует снять свой собственный телепроект. Очень любит американское кино и фильм “Таксист”.

Так случилось, что мы познакомились с Андреем по делу на прошлой неделе и встречались три дня подряд: сначала по тому самому делу, потом для интервью и после – по новому делу: снимали материал про авто. И этот материал #newfriendeveryday мог бы получиться бесконечным: слушать Андрея можно часами и круглосуточно – и о кино, и об авто, и о журналистике, и о Лос-Анджелесе с Каннами. Наверное, таким должен быть настоящий телеведущий?

Всех моих героев можно читать здесь

– Кино в моей жизни появилось примерно в два с половиной года: я помню, это был фильм “Коммунист”. Его просто показывали периодически по телевизору, а я просто сидел перед экраном и смотрел. Было много других – и “17 мгновений весны”, и менее известные, которые, несмотря на номенклатурность авторов, рассказывали человеческие истории.

– В конце 90-х в Одессе появилось Просто Ради.О, и одна коллега позвала меня в программу “Видеофайл” – это была трехминутная информация о кино.

Я очень старался смотреть кино пристально. Я читал и смотрел, смотрел и читал. Коллеги подсовывали мне “Казанову” и “Восемь с половиной”, необходимость смотреть постоянно пополнялась классическим и культовым кино…
Кино как раз входило в моду, модное кино: к нам привозили фильмы фон Триера, фестивали норвежского и японского кино, открывались киноклубы… Тогда на них был социальный спрос.
В это же время появились Tricky, Portishead, Garbage, случился новый виток Depeche Mode.

– Я смотрел все эти фильмы в жутком качестве на видеокассетах, которые можно было найти на раскладках и книжном рынке – это были мои университеты. Впрочем, потом я начал дружить со всеми издателями и писать ревью для журнала “Афиша”. Мне присылали коллекционные DVD и VHS, некоторые кассеты я храню до сих пор: рука не поднимется выбросить Феллини. Да, и видеомагнитофон у меня тоже есть.

– Тогда у меня были какие-то ритуалы кинопросмотров: принять душ, усесться перед тем, как смотреть. В этом было некое таинство…

– Для того чтобы быть кинокритиком, нужно иметь гуманитарный склад ума и уметь анализировать. Нужно знать историю искусств и мировую историю.
Ты сможешь делать правильные выводы лишь в случае понимания контекста.

– Кино дает иллюзию того, что все доступно. То, что все вдруг стали кинокритиками в “Фейсбуке”, вовсе не ново: это было еще у Вуди Аллена, где в люди в очереди на сеанс стоят и с видом эксперта высказывают свою точку зрения на людях.

– С журналистикой беда, потому что платят мало. Графоманы создают иллюзию того, что лонгрид можно написать за полчаса, а девочки с улицы, которые готовы ради статуса “я работаю в журнале Х” делать все что угодно, окончательно убивают ценность текста.

– В кинокритике все отталкиваются от понятия “кино критиковать”, когда на самом деле это значит “объяснять смыслы”. Если человеку все растолковать, то он будет правильнее понимать все происходящее в кадре.

– Иногда бывает, что глупый режиссер снял глупое кино. Иногда кино – это надувательство. Хотя в целом все кино – это надувательство, даже документальное, потому что это всего лишь взгляд одного человека, да и то отмонтажированный.

– Жан Кокто говорил, что камера – это всего лишь глаз тупой коровы и важно, кто стоит за камерой. Важна убедительность информации.

– Я помню свои первые Канны – это дрожь в ногах. Это когда тебе навстречу идет Альмодовар, а Фэй Данауэй по-французски спрашивает, не видел ли я Квентина только что, он был здесь, и ей надо поговорить. И ты стоишь такой офигевший возле сцены, где только что был мастер-класс Тарантино.

– В Каннах однажды я купил за 5 евро фотографию Роберта де Ниро и тринадцатилетней Джоди Фостер с премьеры фильма “Таксист” на красной дорожке. Купил у них эту фотографию, а в том году, когда был режиссерский дебют Роберта де Ниро, он мне подписал эту фотографию, а Джоди Фостер привезла фильм “Бобер”, и я с ней встретился – у меня было интервью, и я показал ей эту фотографию, и она дико обрадовалась. Спросила, где я ее взял, сказала, что у нее в архиве есть точно такая же, и она мне жирным маркером так красиво подписала это все.

– Все было в первый раз, когда я приехал в Лос-Анджелес: все такое одноэтажное после Нью-Йорка, ты видишь этот кинотеатр “Кодак” с кучей фриков, а когда начинается “Оскар”, все, будто по взмаху волшебной палочки, превращается в абсолютный праздник и красную дорожку.

– Я тоскую по тем поездкам, когда ты из слякотной, холодной зимы попадаешь в Лос-Анджелес. Тоскую по тому, как мы снимали дом у художника по костюмам, который 10 лет отработал с Томом Крузом, и даже “С широко закрытыми глазами”. Там все пропитано славой и трагедией: эта “фабрика грез” лишь из некоторых делала великих людей. Я помню эти оскаровские моменты, я переживал иногда так, что у меня температура поднималась, когда раздавали “Оскары”…

– Америка – это самая аутентичная земля для кинематографа. Америка создала кино, именно там оно стало искусством. Кино смоделировало Америку, и именно через него Америка осознала себя. Хотя Америка вовсе не такая, как нам показали в кино, нам ее показали с другой стороны.

Кино там даже влияло на реформы: в Америке случилась школьная реформа после выхода фильма “Школьные джунгли” (в нем показали, как в школе дети могли резать друг друга ножами, например). Ты вот представляешь себе, чтоб в Украине сняли такое кино, после которого на государственном уровне провели школьную реформу? Только в Америке такое может быть.

– Сериалы сейчас – это главный резервуар, в котором обитает авторское кино, поэтому качество сериалов растет так быстро, что не всякое полнометражное кино может с ними соперничать. Потому что умный зритель, к сожалению, был выгнан из кинотеатра большими студиями благодаря блокбастерам, а тот, кому не охота смотреть на годзил и трансформеров, прильнул к интернету. Прогресс этого тренда в том, что впервые за всю историю американской киноакадемии, впервые за 88 лет на “Оскар” был выдвинут фильм, который снят не маленькой студией, не крупный мейкером, а интернет-сервером “Амазон”. Я имею ввиду фильм “Манчестер у моря”.

– А что дальше? 4D? VR?
– Беда виара в том, что уходит секрет. У тебя перестает работать воображение. Раньше монтажем показывали параллельные сцены, и ты знал о героях фильма больше, чем сами герои. А в виаре ты можешь все посмотреть. Все это почему-то пускает скуку. А что такое кино? Это жизнь, из которой вырезали все скучное. Мне надо смотреть в границах кадра, а дальше я там нафантазирую. Смотреть на человека, на девушку в углу: а кто она, а замужем ли, на работе она или нет, что она пережила. Дофантазировать себе. Гораздо интереснее.

Наша Facebook-страница
Підписуйтесь на нас в Facebook

Прокоментувати

Такий e-mail вже зареєстровано. Скористуйтеся формою входу або введіть інший.

Ви вказали некоректні логін або пароль

Вибачте, для коментування необхідно увійти.

Повідомити про помилку

Текст, який буде надіслано нашим редакторам: